Признания перебежчика: почему я бросил «Ливерпуль» и стал болеть за другую команду - FourFourTwo - журнал о футболе class="post-template-default single single-post postid-667 single-format-standard theiaPostSlider_body">
Следить в твиттере

ИСТОРИИ

Признания перебежчика: почему я бросил «Ливерпуль» и стал болеть за другую команду

Ливерпуль - фанаты

Говорят, нельзя. А я сделал.

Меня зовут Марк, и я перебежчик. Я совершил смертный грех любого болельщика: я сменил сторону.

Сначала пару слов в свою защиту. В отличие от большинства подобных грешников, меня вряд ли можно обвинить в погоне за славой. Да, я родился на юго-западе страны, но наша семья всегда болела за «Ливерпуль»: мой дед жил там какое-то время, и по все еще непонятным для меня причинам клуб даже подарил ему серебряный значок с выгравированной на нем ливерпульской птицей.

Я родился в 1972 году, то есть годы славы для «Ливерпуля», когда клуб выигрывал Лигу Чемпионов, как раз пришлись на мои годы становления личности.

Но на какой-то короткий момент их европейскому господству начал угрожать совершенно неожиданный соперник – «Ноттингем Форест». Эта команда из Восточного Мидленда взметнула в стратосферу футбольного мира из ниоткуда, подпитываемая харизматичным тренером.

Я болею за «Ноттингем Форест» из-за Брайана Клафа, без сомнения. Когда мои друзья-болельщики «Дерби Каунти» говорят, что даже Клаф болел за «баранов», я с радостью говорю, что болел бы за них тоже, если бы родился на несколько лет раньше, когда Клаф творил свою магию для них, а не для нас.

Нас. Вот опять это слово.

Мой чувак Брайан

Я четко помню, когда Клаф впервые врезался в мое детское сознание. Я смотрел «Матч дня», сидел на полу перед диваном в нашем доме в Эксетере, когда у него брали интервью. Что-то в нем меня зацепило. Помню, я спросил отца: «Пап, кто это?» Он засмеялся и со всей свойственной ему драматичностью заявил: «Это, сынок, Брайан Клаф».

Должен сказать, что в тот момент я все еще состоял в лагере болельщиков «Ливерпуля». Но не в лагере «Эксетер Сити». Как и в большинстве других маленьких городков, большинство детей в моей школе болели за две команды – местную, за которую поддерживаешь, «потому что надо», и любимый клуб высшего дивизиона. Интересно, что этот титул одинаково делился между «Ливерпулем», «Манчестер Юнайтед», «Арсеналом» и «Тоттенхэмом». Мой отец настаивает, что первый матч, который я когда-либо видел вживую, был «Эксетер Сити» против «Ливерпуля». Погуглив немного, я узнал, что тот матч закончился со счетом 6-0, как ответный матч в сезоне 1981/82 Кубка Английской футбольной лиги (11-0 по сумме двух матчей. Странно, но я этого не помню).

Но в какой-то момент, после невероятной череды побед «Форест» в Лиге Чемпионов – то есть, когда они уже начали свой долгий и мучительный спад в зону ординарности – и задолго до того, как «Ливерпуль» захватил власть в домашней лиге, я по необъяснимым причинам сменил сторону.

Футбольный болельщик во мне любит думать, что это произошло из-за той философии, которую установил Клаф – «мы забьем на гол больше, чем вы» / «футбол – на траве, а не в облаках» / «делай то, что получается лучше всего» / «от защиты к нападению». Возможно, отчасти это даже произошло потому, что я неделя за неделей видел, как «Ливерпуль» втаптывает своих соперников в пыль.

Катастрофы

Фанаты Ливерпуля

Какой бы ни была причина, я сменил сторону к концу 1980-ых. Честно, не могу сказать, когда именно это произошло, но в любом случае, слишком поздно, чтобы считать это приемлемым.

По очевидным причинам, трагедия на «Хиллсборо» играет в этом немалую роль, и, возможно, объясняет мои затуманенные воспоминания. К тому времени – мне было 17 – я, наверное, уже сменил сторону. Но, вероятно, странное чувство вины объясняет, почему из-за той травмы, которая причинила столько боли клубу, за который болела моя семья, я снова начал менять интересы.

В тот день трагедии болельщики «Фореста» были на противоположных трибунах, не понимали, что происходит, и некоторые из них продолжали выкрикивать ужасные реплики в сторону потерпевших. Да и мой новый герой Брайан Клаф позволял себе недостойные уважения комментарии даже годы спустя. (Стоит отметить, справедливости ради, что я до сих пор смотрю матчи «Форест» вместе с друзьями, которые тогда были в Шеффилде и до сих пор носят на себе эти психологические шрамы, а болельщики «Ливерпуля» и «Эвертона» никогда не оправятся от того, что случилось с их друзьями).

Но было бы несправедливо не вспомнить и еще одну страшную трагедию «Ливерпуля» той же эпохи – обрушение трибуны на стадионе «Эйзель».

Это ужасное чувство

Фанаты Ливерпуля и Ювентуса

У меня есть еще одно четкое футбольное воспоминание из детства. Тогда мне было 13. Помню, нам с друзьями разрешили засидеться допоздна – на этот раз в Тонтоне, Сомерсет, где мы жили в то время.

К сожалению, в те времена стычки и драки были обычным делом, и мне стыдно вспоминать, как мы смеялись на первых минутах трагедии, которая разворачивалась перед нами по телевизору. Помню, мы видели, как бельгийский полицейский ударил ближайшего к нему болельщика, который явно просто хотел отойти подальше от кромки поля, чтобы не попасть в давку. И мы засмеялись. Мы не знали, что последует за этим. Как и многие другие.

К тому времени, как масштаб катастрофы стал очевиден, нам стало тошно. Мы переключили канал. Мои друзья ушли по домам и легли спать. На следующий день мы об этом не говорили. И как бы сложно мне ни было признаться в этом, тот момент куда лучше подошел бы для моего «дезертирства» на другую сторону. Но нет.

Главным моментом для меня, без сомнения, стал просмотр матча, в котором «Форест» победил «Ливерпуль» на «Каунти Граунд» несколько лет спустя. Это был один из тех дней, когда предвкушение и ожидание толпы не дает сидеть на месте. Страшное, но волнительное ощущение, которое нынешнее поколение никогда не испытает.

В один из тех моментов, помню, я увидел то, чего не видел никогда прежде. Стадион молчал, когда Джон Барнс воспользовался своей возможностью забить гол. Когда эта возможность не увенчалась успехом, какой-то старик рядом со мной воскликнул: «Да ладно, ребята, не так уж он и хорош…» Одинокий голос позади меня ответил: «Вообще-то, он чертовски хорош!»

Футбольный турист

футбольные туристы

Это выбивало из колеи. Часть меня упивалась восторгом, которое возникало во мне, когда я смотрел на одного из самых элегантных игроков Англии на полной скорости. Но самое страшное, что при этом я хотел поверить словам того старика. Позже мой друг сказал мне, что, когда я впервые заговорил о «Форесте», я сказал «мы». До этого он считал меня футбольным туристом, который поддерживал клуб того города, в котором жил на тот момент (я переехал в Ноттингем в итоге).

Не так давно мы были в плей-офф. Это не так уж необычно за мою историю поддержки «Форест», но в тот раз – 18 мая 2007 года – произошел еще один определяющий момент.

«Форесту», который уже обыграл «Йовил» 2-0 на выезде, нужно было просто не проиграть с разницей в три мяча. Они проиграли 5-2. Как это ни странно, в тот вечер моя любовь к этому клубу лишь укрепилась. Нелепо.

В перерыве перед дополнительным временем я наткнулся на друга моего отца – давнего болельщика «Мидлсбро», который при любом удобном случае любил напоминать мне, что жил практически по-соседству с Клафом. «Хупс, — сказал он, — я видел много дерьма в жизни, но это…»

Я никогда не гордился клубом, за который сам выбрал болеть почти 20 лет назад, как в тот момент. После матча мой друг заметил, что в географическом плане я должен болеть за «Йовил», потому что они были самой большой командой в Сомерсете, где я жил с подростковых лет.

Помню, я засмеялся. С чего мне болеть за такой клуб?

ПОЧИТАТЬ ЕЩЁ

реклама

ИСТОРИИ